Не люблю следовать моде

04.05.2017

cinema_big

Петербургский актер Илья Носков находится сегодня в буквальном смысле в центре зрительского внимания — на телеканале НТВ показывают телесагу «Наше счастливое завтра», где он сыграл главного героя Петра Лугового, а по «Первому каналу» повторяют сериал «Великая», в котором актеру досталась роль первого фаворита Екатерины II Сергея Салтыкова. И такая ситуация не редкость — актер очень востребован в кино. Кроме того, он служит в «Театре на Васильевском» и время от времени вместе с братом Андреем участвует в спектаклях Театрального товарищества «Носковы и Компания». Почему ему нравится сниматься в исторических проектах, о детях, о хоккее и даже о своем отношении к моде на бороды, актер рассказал нашему корреспонденту.

 

Борода, усы и баки

— Илья, сейчас на телеканале НТВ идет сериал телеканала НТВ «Наше счастливое завтра». Вы ждали этой премьеры?

— Безусловно. «Наше счастливое завтра» — это настоящий подарок для актера. Во-первых, хорошая история. Во-вторых, гениальный режиссер Игорь Копылов и тонко чувствующий человек. Игорь знает, чего он хочет и, что немаловажно, умеет добиваться этого от тех, с кем работает на площадке. Он, наверное, один из немногих профессионалов, кто занимается выстраиванием образов персонажей во времени и в пространстве. Повезло мне также и с партнерами. В проекте снимались Олечка Павловец, Андрей Некрасов, Женя Миллер и другие. Ну и, конечно же, настоящий подарок для актера, это то, что история охватывает такой длительный промежуток времени. Перед глазами зрителей проходят три десятилетия жизни героев. Не каждый день нам, актерам, такое предлагают!

— Наверняка в связи с этим вам пришлось проводить много времени у гримеров.

— Это так. В самом начале фильма мне 20 лет. И чтобы я предстал перед зрителями в образе 20-летнего парня, меня всячески молодили. А я в свою очередь внутренне включался в эту игру. Вспоминал, каким был в этом возрасте, и пытался передать это состояние на камеру. Самое интересное, что все получилось. По крайней мере, то, что я в итоге увидел на экране, непонятным образом соответствует тому, к чему мы стремились. Любопытно, что мы сняли две серии, посвященные 1963 году, а потом, после месячного перерыва, я вошел в кадр уже 50-летним мужчиной. Я отрастил бороду, мне в шевелюру добавили седины. Дальше — больше. У меня появились огромные баки, усы а-ля «Песняры». Это уже для 70-х годов. Потом я выбрился чисто на 80-е. В общем, было очень интересно!

— Расскажите немного о проекте и о своем герое Петре Луговом…

— В начале фильма Петр — простой ростовский парень, который приезжает в Ленинград, влюбляется в девушку и ставит себе целью ее добиться. На что он только не идет ради этого — вплоть до изучения французского языка. А еще берется за цеховую тему, то есть начинает заниматься незаконным производством. Если ты во времена СССР занимался фарцой, продавал, к примеру, джинсы, тебе могли дать от 5 до 7 лет. А вот если ты что-то незаконно производил, это была уже расстрельная статья. Так что мой герой прекрасно знал, что ходил буквально под дулом ружья. Но это его не остановило, скорее наоборот. Для меня мой персонаж — человек, понимающий несовершенство советской системы, пытающийся жить в этом во всем, при этом помогая окружающим людям. Он честный человек, несмотря на то, что цеховик.

— Как готовились к проекту?

— Когда мы только начинали работу, Игорь Копылов сказал нам: «Ребята, хорошо было бы почитать книжки, поизучать в интернете воспоминания конкретных людей». Еще мы смотрели выпуски передачи Леонида Парфенова «Намедни». В общем, исторические проекты это всегда интересно, потому что ты как бы ныряешь в историю, узнаешь о времени, о людях.

 

Детское кино о хоккее

— Кстати, пару лет назад вы были обладателем бороды, а теперь расстались с этим аксессуаром. Почему?

— Отрастил я ее для съемок в фильме «Контрибуция». Сейчас сбрил, поскольку в последнее время борода была в тренде. Когда мода уйдет, я снова ее отращу. Хочется выделяться из толпы.

— Знаю, вы на днях закончили сниматься в картине «Запасной игрок». Фильм позиционируется как первое детское кино о хоккее с советских времен. Расскажите об этой работе.

— Тема детского кино, на мой взгляд, сегодня является больной. Как и тема отечественного кино в целом. Я считаю, что в России нет кино. Оно могло бы существовать, если бы снятых фильмов было значительно больше, если бы присутствовала конкуренция. Но ее нет. Если эта конкретная картина получится, я буду очень рад. Потому что это хорошая история о мальчишке, мечтающем играть в хоккей. И здесь показано, через что ему приходится пройти для достижения своей цели. Я исполняю в картине роль отца главного героя.

— Ваш персонаж помогает своему сыну? Или наоборот вставляет палки в колеса?

— Полностью его поддерживает. Иногда даже прикрывает от мамы, потому что она в нашей истории очень строгая. Он такой свой в доску папа. Чтобы создать этот образ, я брал какие-то черты от Василия Кузякина из картины «Любовь и голуби». Мой герой не такой непутевый, но такой же хороший, добрый, вечный.

— С хоккеем сталкиваться на площадке не пришлось?

— Нет. Хоккеем у нас занимались актеры, которые исполняли роли тренеров, Артур Ваха и Владимир Шевельков. Ну и, конечно же, сам главный герой. К слову, продюсеры нашли парня, который стоит на коньках с трех лет.

Женский доктор возвращается

— Над чем работаете сейчас?

— Постоянно мотаюсь в Киев — снимаюсь в продолжении сериала «Женский доктор». Пять лет назад сыграл в первом сезоне врача-гинеколога Романа Широкова, от участия во втором отказался, потому что посчитал, что эта история уже изжила себя. Но не так давно меня уговорили на третий сезон, где рассказывается о том, что происходит в жизни моего героя через 5 лет. История начинается с того, что Роман приезжает к своему учителю в некую частную клинику города N. О буднях этой клиники и жизни моего героя и будет рассказываться в проекте.

— Вы согласились принять участие в третьем сезоне, потому что сценарий изменился в лучшую сторону?

— Вы знаете, я купился как ребенок. Мне пообещали хороший сюжет. И я подписал намерение о работе до предоставления сценария. Честно скажу, я рад вновь окунуться во врачебную тему. К тому же у меня прекрасные партнеры. Но вот сценарий, к сожалению, оставляет желать лучшего.

 

Настоящий театр

— Илья, а как поживает театральное товарищество «Носковы и Компания»?

— У нас есть три названия, которые мы играем время от времени — и в Петербурге, и на выезде. Но в целом я сейчас больше занят съемками, а Андрей — театром. Он же тут выпустил с Максимом Леонидовым мюзикл «Мама-кот», комедию «Крем, джем и буги-вуги». А еще сейчас он сотрудничает с Юрием Гальцевым. В общем, брат занимается театральными постановками.

— А в вашей жизни театра хватает?

— Нет. Я работаю в «Театре на Васильевском», играю спектакли «Бесприданница» и «Идиот». Но мне этого мало. В какие-то моменты в очередной раз задумываюсь о переезде в Москву. Потому что наш город безумно инертный, здесь десятая доля творческого потенциала артистов не используется! Но я люблю свой «Театр на Васильевском». Не потому, что там работаю — я туда пришел, потому что он показался мне настоящим. И не разу не пожалел об этом. Здесь есть действительно хорошие спектакли, классические, без доставания правой рукой левого уха, без прикрывания своей режиссерской пустоты всякими техническими приблудами, что зачастую происходит в других храмах искусства.

 

Мечты о море и даче

— Расскажите о своей семье, о детях.

— Дети растут. Сыну будет 6, дочери — осенью 11. Соня учится во французской школе. Занимается английским и французским языками, посещает танцевальную студию. А еще пошла на айкидо — и уже получила свой первый пояс! До этого Соня играла на фортепиано, пела в Детском хоре телевидения и радио. Но сейчас в школе слишком большая нагрузка. А Савва с осени посещает шахматный кружок. С удовольствием решает шахматные задачи. И ему это очень нравится. Он уже раз десять меня обыграл! Я считаю, что шахматы в любом случае полезны для умственного развития ребенка. Что же касается спорта, он сейчас бегает с Соней в ту же группу по айкидо. Но я думаю, что айкидо все-таки слишком мягкий вид спорта. Хочу отдать его куда-нибудь еще. Савва у нас очень подвижный, остается направить его энергию в нужное русло. Да, он еще очень хорошо рисует! Несколько лет назад взял в руки карандаш и практически его не выпускает. Ему удаются и портреты, и пейзажи. Он ходит на занятия к художнику.

— Как предпочитаете проводить свободное время со своими домочадцами? Может быть, ходите гулять в парки?

— Сейчас парки все на просушке. А зимой мы ездили к теще в Репино, пытались там ходить по лесу на лыжах. Мои-то хорошо на лыжах ходят, а я не очень. Я больше специалист по ватрушкам и по санкам. (Улыбается.)

— В отпуск собираетесь?

— Я очень хочу на море. Но когда получится, не знаю. Мы должны были закончить съемки «Женского доктора» в мае. Но не успеваем. Когда пойму, когда все завершится, буду строить планы. Я в этом смысле очень завидую своему брату. Андрей уже купил всем своим билеты на море. А я связан обязательствами. К тому же, как показывает практика, как только ты куда-то уезжаешь, тебе тут же начинают звонить и что-нибудь предлагать. Конечно, я уже давно понял — мое от меня не уйдет. Но эта примета действует! Как только куда-нибудь прилетишь, начнешь отдыхать, обязательно кто-нибудь позвонит и поинтересуется: «Илья, не могли бы вы прийти к нам?». Хоть телефон отключай!

— А родные без вас на моря и океаны не ездят?

— Нет. Они ждут меня дома. И очень рады, когда папа приезжает домой. К слову, у нас есть мечта о даче, о загородном доме, где можно проводить свободное время. Там можно будет обустроить уютную берлогу и время от времени приглашать друзей. Так что если все будет хорошо с работой, непременно справим новоселье.

 

Чемоданное настроение

— Илья, о вашей коллекции чемоданов уже байки ходят. Расскажите, как в вашей жизни появилось это хобби?

— По крайней мере, такого, чтобы я вдруг решил начать собирать чемоданы — не было. Просто вначале у меня появился один, потом второй… А когда после съемок в картине «Азазель», я дал интервью одному изданию, где рассказал об этом увлечении, люди прочитали и стали их дарить. Вообще-то я предпочитаю небольшие чемоданы, не больше одного метра в длину. Но сейчас в моей коллекции каких только нет! Есть, к примеру, сундук швейцарского военного, есть английский чемодан, есть немецкий… В моей коллекции сегодня порядка 45 наименований, и она постоянно пополняется.

— Они у вас все — с историей? Какой из экспонатов наиболее значим для вас?

— Вообще у любой вещи есть история. И когда мне дарят очередной чемодан, я прошу непременно о нем рассказать. Так, если верить рассказам журналистки, которая подарила мне один из чемоданов, ее дедушка дружил с самим Менделеевым. А, как известно, Дмитрий Иванович не только водку собственноручно изготавливал, но и чемоданы делал своими руками. Так вот этот экземпляр, якобы, в свое время Менделеев вручил своему другу, а его внучка, та самая журналистка, передарила его мне. Кстати, не так давно я отдал один экспонат из своей коллекции для мероприятия одного благотворительного фонда. Они собирали лоты от известных людей, и я буквально от сердца оторвал один чемоданчик, привезенный из Чехии, написал его историю, подписал на крышечке и отдал его на аукцион. Мне обещали потом рассказать, за сколько его продадут и на что пойдут вырученные средства.

— Чем еще увлекаетесь?

— Прогулки по крышам люблю. Но в этом году сезон еще не открыл — погода не позволяет. У меня друг живет недалеко от Банковского моста. И я не раз приходил к нему в гости и поднимался на крышу. Бывало, целый квартал по крышам проходил. Один или с друзьями. А когда мы «Ветеръ» играли, и вовсе частенько забирался на крышу и сидел там — учил, повторял текст, читал, что-то придумывал. Это очень вдохновляет.

Беседовала Анна СИМОЯНОВА

назад к списку